Жулик на службе полиции. Как осведомитель попал в тюрьму

Ночью 15 октября 1844 года старший городовой Андрей Иванов заметил на Большой Дворянской улице (ныне улица Куйбышева) трех странных людей. Бесшумно перемещаясь от дома к дому с узлом и шкатулкой в руках, они с помощью какого-то орудия пытались отпирать двери. Городовой бросился к злоумышленникам, и тут один из них ударил его отверткой в щеку, а затем еще и выхватил бритву… Подробности этой истории сохранились в документах Российского государственного исторического архива.

Жулик на службе полиции. Как осведомитель попал в тюрьму | ФОТО pixabay

ФОТО pixabay

Стража порядка уберегла лишь помощь проходившего мимо солдата и подоспевших товарищей. Задержанный был помещен в тюремный Литовский замок, однако позже история получила неожиданный поворот. Пленник назвался отставным подпоручиком Богаевским и заявил, что является осведомителем Министерства внутренних дел.

По его словам, в августе 1844 года он лично явился к министру внутренних дел Л. А. Перовскому и сообщил, что в столице «работает» группа преступников, которая занимается изготовлением фальшивых паспортов и разного рода свидетельств. Для их разоблачения отставной подпоручик был передан в распоряжение чиновника особых поручений Лазарева. Последний подтвердил, что так оно и было, и отметил, что благодаря осведомителю удалось задержать несколько беглых людей и даже одного изготовителя поддельных документов.

Из Литовского замка Богаевский принялся забрасывать министра внутренних дел прошениями. Он утверждал, что прибыл в Петербург «с желанием открыть правительству скрывающееся дотоле в народе злоупотребление», чем навлек на себя «злобу» всех чиновников столичной полиции. Они, по его словам, только искали случая расправиться с ним и дождались. Свое задержание на Большой Дворянской улице он интерпретировал следующим образом: мол, он хотел раскрыть убежище беглых людей, а городовой ему помешал, сорвав «спецоперацию». И вообще, мол, никакого нападения на городового он не совершал.

Богаевский жаловался на непрестанную грубость со стороны полицейских и избиения «во все места», называл себя «совершенно безвинным» и напоминал Перовскому о своих заслугах в качестве осведомителя. «Вместо ожиданной награды я получил тюрьму, хладный взгляд вместо привета начальничьего, которым я до сего дорожил более жизни, –  сокрушался арестованный. –  Полиция сильна, я против нее –  ничто». Богаевский призывал министра «правом власти защитить того, кто, прямо ступая дорогой, ввергнут в ужасный лабиринт».

Перовский в конце концов прислушался к потоку жалоб, поручив петербургскому генерал-губернатору А. А. Кавелину обратить «особенное внимание» на дело Богаевского и оказать просителю «законную защиту». Однако тот в ответ уведомил министра, что арестант учинил в Литовском замке «новое буйство», во время которого ранил двух конвоиров, а еще двоих укусил и оцарапал им руки. По сей причине буйный арестованный был переведен в Петропавловскую крепость, а его показаниям о невиновности «нельзя дать никакого вероятия»…

Сохранившиеся документы свидетельствуют: Василий Богаевский представлял собой тип матерого, «закоренелого» правонарушителя. Еще в юности он был отчислен из Черноморского артиллерийского училища, где «успехов не оказал», после чего стал промышлять воровством и попался на краже. Приняв во внимание несовершеннолетний возраст преступника, суд постановил выдержать его 12 дней на хлебе и воде, а затем передал отцу на поруки. Вскоре юноша отлучился в Елизаветград, где «упражнялся в карточной игре, плутовских поступках и покушался на воровство». Вторая судимость окончилась двухмесячным заключением, но уже на следующий год недоросля поймали на краже кларнета.

Затем были полгода, проведенные в остроге на хлебе и воде, новая кража, приговор к ссылке в Сибирь, замененный арестантскими ротами. Оттуда он дезертировал, мотался по всей стране, от Пермской губернии до Кавказа, промышлял изготовлением фальшивых монет, поддельных печатей и документов. Несколько раз его задерживали и наказывали плетьми за бродяжничество. В 1841 году Богаевского приговорили к каторжным работам, но уже через три года он объявился в Петербурге с фальшивым аттестатом отставного подпоручика.

Вот тогда он действительно и предложил свои услуги в качестве осведомителя. Петербург был для него новой территорией, но, обладая богатым криминальным прошлым и связями в преступной среде, Богаевский, несомненно, разведал ситуацию и выяснил, кто на берегах Невы «трудится» на ниве изготовления поддельных документов. Он стал сдавать полиции своих «коллег», рассчитывая, с одной стороны, избавиться от конкурентов, а с другой –  обеспечить себе прикрытие статусом осведомителя и заслугами перед стражами порядка…

Чем же закончилось дело? За нападение на полицейского и «буйство» в Литовском замке Богаевского отправили на поселение в Сибирь с преданием церковному покаянию «за небытность на исповеди и у Святого Причастия». Дальнейшая его судьба неизвестна.

Share

Похожее

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *